Раздумья у Белорусского вокзала
Памяти Юлиана Толстова
Каталог статей
Меню сайта

Форма входа

Категории раздела
Достопримечательности Москвы [41]
История Московских улиц, площадей, памятников
Москва и Москвичи [8]
Метро, трамвай [5]

Поиск

Друзья сайта

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Приветствую Вас, Гость · RSS 21.11.2018, 11:04

Главная » Статьи » Исторические заметки о Москве » Достопримечательности Москвы

И пребывал в Останкине великолепном..

Среди ближайших сподвижников Петра, воспетых в пушкинской "Полтаве", отмечен и первый российский фельдмаршал Борис Петрович Шереметев, положивший начало первой на Руси графской фамилии. На протяжении нескольких веков из этого знатного рода выходили искусные военачальники и мудрые дипломаты, известные государственные деятели и щедрые меценаты, успешно приумножавшие славу России на бранном поле и на мирном поприще.

К их числу принадлежит и внук петровского соратника - Николай Петрович Шереметев (1751-1809 гг.) - один из самых просвещенных русских дворян своей эпохи, государственный деятель, внесший заметный вклад в историю отечественной театральной и музыкальной культуры, архитектуры и благотворительности.

История небольшого сельца Осташкова, когда-то при надлежавшего Троице-Сергиеву монастырю, относится к. XVI веку, но основной период формирования дворцового ансамбля в Останкино (так его стали именовать новые владельцы) приходится на конец XVIII века, после того как усадьбу наследует Н.П.Шереметев. Территория ее в то время была более обширной: помимо нынешнего парка она занимала современный Ботанический сад, половину громадной площади ВДНХ, массу дубрав и ближайшие луга, в том числе любимый москвичами (исчезнувший под застройкой) просторный Панин луг с его душистым разнотравьем и неумолчным шмелиным и пчелиным гулом. Усадьба сливалась с массивом Марьиной рощи и с другого края неохватными Удельными угодьями.

Великолепнейшим украшением этого уголка Подмосковья была возведенная в 1683 году крепостным мастером Потехиным каменная церковь Живоначальной Троицы - самое старое сооружение нынешнего Останкино.

Едва будущий создатель останкинского дворца вступил в свои права, как тут же принялся за кардинальную переделку усадьбы. «Кто на Каменке не бывал, тот Останкина не знает», - уверяла старая поговорка. Теперь уже этой речки нет, вместо нее робко крадется через кустарник заглохший ручеек. Но когда-то он гордо и шумно бежал и щедро питал собою семь вырытых прудов, связанных протоками. От них теперь не осталось и следа, но о них первым делом подумал Николай Петрович, когда взялся за переустройство парка. Эти пруды очень оживили пейзаж; они же служили местом развлечения гостей, которых на маленьких лодочках крепкие гребцы катали вдоль иллюминированных берегов. Оркестр на берегу, разноцветные огни красиво отражаются в воде, все это походил о на какое-то волшебство .

Со стороны главного въезда из Москвы был вырыт обширный Дворцовый пруд. Здесь-то сорокалетний граф и задумал создать свой «Дворец Знатнейших Искусств», подобный древнеримскому Пантеону. Неслучайно перед парадным подъездом была установлена скульптура предводителя всех муз бога Аполлона, в его же цвета - белый с розовым - были окрашены все сооружения усадьбы.

К проектированию и строительству были при влечены и графские дворовые (Аргуновы, Миронов, Дикушин), И знаменитые зодчие (Кампорези, Кваренги, Бланк, Назаров, Казаков, Старов). В ходе работ граф, не желавший постороннего наблюдения, оградил усадьбу высоким забором, приставил караульных и те никого не допускали. Окончательное решение по всем сложным вопросам принимал сам хозяин. Хранящиеся ныне старые чертежи постоянно пестрят пометками графа: «Деталь по сему» или «Я передумал». Начатая еще в 1796 году отделка Останкинского дворца спешно заканчивалась: ожидался приезд императора Павла I, прибывшего в Москву на коронацию. Так уж состоялось, что Н.П.Шереметев был товарищем детства будущего царя Павла Петровича, и эта дружба оказалась прочной. Павел после воцарения назначил графа Н.П.Шереметева обергофмаршалом (по нынешним меркам он стал премьер-министром) и твердо пообещал посетить его в Останкине.

До этого визита оставалось несколько месяцев, и работы заканчивались в ускоренном темпе. Высокая должность отнимала у графа много времени и заставляла быть подолгу в северной столице. Николай Петрович в своих письмах управляющему в Москву писал все более жестко: « Не теряй ни одной минуты, теперь всякое время дорого ... жаль, когда не поспеешь и тем помешаешь мне принять дорогого гостя».

Но все благополучно успели. Более того, в роще перед приездом императора подпилили деревья и в момент въезда гостя повалили стволы, открыв неожиданный вид на всю усадьбу. Императора Павла встретили звуками литавр и знаменитого Шереметевского оркестра рожечников. Монарха приветствовал хор специально написанной кантатой в честь коронации. Кстати, портрет Павла, кисти Н. Аргунова по сей день хранится в галерее дворца. Блеск торжества, нарядность усадьбы восхитили самодержца, и лестный отзыв о приеме надолго взбудоражил всю Москву.

Любопытный и тщеславный польский король Станислав Понятовский решил непременно побывать в Останкине. О размахе этого приема свидетельствует сохранившийся в архивах список 358 «российских господ и иностранных министров», что были в этот день приглашены Шереметевым. Восторженного приезжего встретили исключительно, накормили на старом, редком серебре, представили во всей роскоши усадьбу, показали «театральное действо». На проводах сам Шереметев усадил довольного короля в карету.

На обратном пути, до первой заставы Москвы короля и его свиту ожидал еще один сюрприз. Крепостные умельцы графа «иллюминировали» дорогу бочками-факелами со своей придумкой. Во время горения насыпанный в них осмоленный горох сгустками огня с треском высоко подпрыгивал в небо яркими фестонами. Причудливое зарево ярко освещало возвратную дорогу очарованных гостей.

Посещали эту замечагельную усадьбу и последующие властелины России - был Николай Павлович, затем Александр II, который не просто гостил, но совершил здесь важнейший для России акт: подписал указ об отмене крепостного права, после чего молился в местной церкви Живоначальной Троицы (стол и перо, свидетели этого исторического момента долго хранились в усадьбе). Да что высочайшие особы - Пушкин, Карамзин, многие деятели культуры и искусства побывали в этих местах.

Знаменитое это графское владение поражало не только красотой аллей, прудов, цветников, парковой скульптуры знаменитого Увеселительного сада Останкино, но, главным образом, совершенством архитектурного облика дворца - этого изумительного создания русского классицизма. Особенность его состояла и в том, что это был дворец-театр, возведенный Н.П.Шереметевым для своей любимой жены, талантливой актрисы П.Жемчуговой (Ковалевой) из его крепостной театральной труппы.

Уникальность дворца-театра еще и в том, что в нашей стране нет другого такого памятника, в котором бы дерево столь полно и талантливо было использовано в самых неожиданных качествах. Начать с того, что здесь все было сделано из дерева: стены, перекрытия, выполнено невероятное резное убранство интерьеров, залов, галерей. Особую художественную редкость представляют паркеты. Ценность вы сокохудожественных паркетов Останкина стала еще более значимой после того, как в большинстве дворцовых загородных ансамблей Петербурга подлинные паркеты XVIII столетия были совершенно уничтожены во время минувшей войны.

Наряду с дорогими и редкими породами - с палисандром, розовым деревом - шереметевские умельцы широко использовали обычную сосну, березу, дуб, ясень, вяз. Пройдя через руки мастеров-резчиков, дерево приобретало вид мрамора или бронзы, алебастра или гипса. А порой дерево выглядело, как стекло - например, люстры и вазы, выкрашенные в тон кобальтового стекла. Чудно золоченые гирлянды, тонкие цветы и мельчайший орнамент - не бронза, а древесина.

Повсеместно, несмотря на прошедшие два века, на барельефах, венках, гирляндах, мелком узоре сохранилась отличная позолота. Многие невольно касаются их руками, дабы убедиться не обман ли это, не розыгрыш ли. Нет, все верно - теплое дерево, а не холод металла.

Король Станислав Понятовский в своем дневнике отметил: «... Из тех нескольких сот мастеровых и художников, которые там работали, можно бьiло насчитать не более 4-5 иностранцев, а остальные были не только чисто русские, почти все люди самого графа Шереметева; если бы факт этот не был констатирован, трудно было бы этому поверить, до такой степени исполнение всей работы отличалось изяществом ... ».

Наряду с произведением собственных художников, Останкинский дворец украшался ценнейшими предметами искусства, вывозимыми из-за границы, покупаемыми по случаю в Петербурге, доставшимися в наследство от отца и деда.

B XVIII веке в России важнейшим искусством считалось театральное, понимаемое довольно широко - как драматическое действие, как балет и как оперное представление. Нередко богатые, известные дворянские семьи были увлечены театральным делом, имели свои крепостные театры. Для подготовки актеров из крестьянских семей отбирали наиболее способных ребят, обучали их музыке, пению, танцам, языкам, т.к. порой спектакли шли на французском, оперы исполнялись на итальянском.

Николай  Петрович  Шереметев крепостной театр получил в наследство от отца. Для молодого графа занятия музыкой и театром были потребностью души. Он играл на многих инструментах, свободно читал партитуры, руководил оркестром. Театр в Останкине занимал весь второй этаж дворца. Зрительный зал обладал прекрасной акустикой. Сцена здесь имела невиданную глубину - 22 метра при ширине в 17 метров. Даже по сегодняшним меркам это невероятные размеры! Для смены декораций, иных сценических нужд была создана сложная «машинерия». Партер и ложи вмещали более двухсот знатных гостей, да еще на галерке оставались места для дворцовой администрации.

Главным секретом театра, накрытого громадным куполом, была способность зала за считанные минуты стать просторным танц-залом, именно здесь и проходили великолепные балы, о которых много говорили в Москве.

На подмостках театра блистала талантливая крепостная актриса Параша Ковалева, получившая сценическую фамилию Жемчугова. Граф Н.П.Шереметев полюбил эту замечательную женщину и обратился к императору Павлу I с просьбой дать вольную Ковалевой. Дело решилось быстро, и в тридцатилетнем возрасте выдающаяся актриса и певица перестала быть холопкой. Спустя полгода Николай Петрович и Прасковья Ивановна тайно обвенчались в приходской церкви Симеона Столпника, что на Поварской. Эта красивая церквушка стоит и поныне, открывая въезд на Новый Арбат. Целую четверть века, до самой своей ранней смерти Прасковье Ивановне суждено оставаться не только светлой музой одного из известнейших вельмож, но и быть его горячо любимой женой. И когда любимой не стало, супруг едва не сошел с ума.

После ее смерти Шереметев распустил театр и больше им не занимался. По просьбе графа прославленный архитектор Джакомо Кваренги создал великолепный архитектурный ансамбль. В память Прасковьи Жемчуговой был построен Странноприимный дом на большой Сухаревской площади (ныне это одно из зданий НИИ скорой помощи имени Н.Склифосовского).

Графская семья Шереметевых владела Останкиным вплоть до революции 1917 года. После отъезда домочадцев в эмиграцию дворцово-парковый ансамбль стал приходить в упадок. В 1919 году усадьба вошла в состав Москвы, в ней открыли музей творчества крепостных.

Сегодня здесь вновь слышна музыка, проходят шереметевские праздники, идут посетители. Патриарх Алексий II в марте 1991 года переосвятил Троицкий храм, сюда устремились и богомольцы.

Московская мэрия впервые в России решила провести здесь VII международный конгресс исторических театров Европы. На континенте этот форум весьма популярен. К этому мероприятию дворец будет полностью отреставрирован и засверкает во всем своем великолепии.

 

Категория: Достопримечательности Москвы | Добавил: Tolstov (12.02.2014)
Просмотров: 541 | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Copyright MyCorp © 2018