Раздумья у Белорусского вокзала
Памяти Юлиана Толстова
Каталог статей
Меню сайта

Форма входа

Категории раздела

Поиск

Друзья сайта

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Приветствую Вас, Гость · RSS 21.08.2018, 13:10

Главная » Статьи » Статьи Юлиана Толстова

Здесь всегда звучит музыка

  

Даже сегодня, когда крупные сооружения вошли в привычку в Москве, здание консерватории поражает своей внушительностью и монументальностью. А  каким же оно казалось сто лет тому назад нашим дедам и прадедам!

Но так было не всегда. Московское отделение русского музыкального общества многое сделало для развития музыкального образования в нашей столице. Главной же его целью на первых порах было создание специальной школы - консерватории. За  основу были взяты частные классы.

Вначале первый директор создаваемой консерватории крупный музыкант Николай Рубинштейн арендовал у баронессы Черкасовой дом на углу Воздвиженки и Борисоглебского проезда (против церкви Бориса и Глеба, что снесли в 1931 г.). Дом был обширный, заметный, с тремя высокими этажами, просторными покоями. Первый этаж в столь оживленном месте, конечно же, занимали магазины: «торговля Чичкина» - известного всей Москве продажей молочных продуктов высокого качества и крупный магазин готового платья «Отто». А все последующие помещения заняли будущие музыканты и профессура. В частности, приглашенный из Петербурга преподавателем теории музыки несколько лет здесь работал и проживал П.И. Чайковский.

Но напрасно кто-либо из любознательности станет искать это по-своему историческое здание по улице Воздвиженка, 13 - его ждет разочарование. Это здание в июле 1941 было разрушено попаданием тяжелой бомбы, и сегодня на этом месте, от нынешнего арбатского кинотеатра «Художественный» и до угла переполненной автотранспортом Воздвиженки, зеленеет сквер. Это и есть ориентир и память первых шагов Московской консерватории.

С сентября  1866 года, с первых же дней занятий Н.Г.Рубинштейн сумел привлечь к преподаванию лучших отечественных и зарубежных музыкантов, и этот высокий уровень обучения никогда не снижался. Правда, и обучение стоило недешево - сто рублей в год, при этом срок учебы составлял шесть лет. Слава нового музыкального центра широко распространилась по России, наплыв учеников становился все более значительным, обширного дома баронессы стало не хватать. Оценив возросшую популярность консерватории, госпожа Черкасова потребовала двойной арендной платы. Пришлось срочно подыскивать «новую квартиру».

Довольно скоро поиски увенчались успехом. Совсем неподалеку, на Большой Никитской и тоже под номером 13 стоял огромный по тому времени дом - это были владения княгини Екатерины Дашковой, бывшей при Екатерине II «директором Петербургской Академии наук и президентом Российской академии». Создана эта усадьба по канонам екатерининского классицизма: главный корпус в глубине участка, двухэтажный с мансардой, по бокам, торцами на улицу, флигеля, парадный въездной двор украшала цветочная клумба. Наследники Е.Р. Дашковой - семья графа Воронцова - сдавала усадьбу под разные нужды. Именно сюда в 1876 году и вселилась Московская консерватория.

Взвесив свои возможности, Музыкальное общество решило приобрести усадьбу в собственность. Купчую крепость на 185 тыс. рублей серебром подписали, с одной стороны, поверенный князя С.Воронцова и директор Московского отделения Русского музыкального общества Николай Рубинштейн, члены дирекции - известный нотоиздатель Петр Юргенсон и предприниматель Николай Алексеев (двоюродный брат Константина Станиславского) - с другой.

При всех достоинствах этого старинного здания для растущей консерватории оно было маловато, но пока терпимо, так как появилась перспектива расширения. В 1889 году третьим директором Московской консерватории после Н.Рубинштейна и Сергея Танеева (выдвиженца П.И. Чайковского) стал Василий Ильич Сафонов (1852-1918).

Сафонов был личностью самобытной и весьма яркой. Сын боевого казачьего генерала был определен в Александровский лицей, который в свое время окончили многие выдающиеся деятели России, в том числе и А.С.Пушкин. Лицей он окончил с золотой медалью, но из многих открывавшихся перед ним блестящих перспектив выбрал музыку. Классическая музыка просто потрясла его, и он поступил, вопреки воле отца, в Петербургскую консерваторию, которую закончил ... через год и тоже с золотей медалью! Имя его было выбито на мраморной доске, а сам Сафонов был приглашен в консерваторию по классу фортепьяно. Одновременно молодой музыкант много концентрировал и приобрел большой авторитет в музыкальных кругах.

В 1885 году по одновременному приглашению двух «титанов» - Чайковского и Танеева он перешел в Московскую консерваторию в качестве профессора по классу фортепьяно, где через некоторое время был избран на пост директора консерватории.      

В.И.Cафонов обладал великолепными организаторскими способностями, но имел трудный, деспотический характер, что не раз вызывало конфликты в коллективе. Вместе с тем, как администратор он отличался неуемной энергией, пониманием существа вопроса и трудолюбием. Как  никто он многое сделал, чтобы внести в работу консерватории высокий профессионализм, строгую требовательность и твердый порядок. Всем стало ясно, что посещать кое-как занятия, к примеру, хорового или оркестрового класса, нельзя. В консерватории впервые установилась учебная дисциплина.

Нисколько не умаляя значение Сафонова как педагога, администратора, пианиста, дирижера, все же следует признать, что главным деянием его жизни стало строительство существующего здания консерватории с ее всемирно известным большим залом. Важно подчеркнуть, что с первых же дней своего директорства Сафонов вплотную занялся вопросом: где и как построить для консерватории новое, отвечающее современным требованиям здание?

На строительство здания требовались огромные деньги, которых Русское музыкальное общество не имело. И тут Сафонов использовал семейные связи: при содействии могущественного тестя (женой Сафонова была Варвара Ивановна, дочь министра финансов И.А.Вышнеградского) в 1893 году у императора Александра III была выхлопотана крупная сумма в  400 тысяч рублей. Однако, благодаря настойчивости директора, первый взнос в 200 тысяч рублей еще в 1891 году сделал богатый московский купец Гавриил Солодовников; Сафонов добился для него ордена святого Владимира, дававшего право на получение дворянского звания, о чем давно мечтал честолюбивый купец. Вскоре последовали и другие пожертвования. В частности, взнос в сумме 9 тысяч рублей поступил от известного композитора Антона Рубинштейна, брата первого директора консерватории, Николая Григорьевича.

Постепенно образовался весьма солидный фонд, позволявший приступить к решению главной проблемы. Предприимчивый Василий Ильич Сафонов решил выпросить у Московской городской Думы в качестве дара свободный от застройки участок на Театральной площади, вдоль китайгородской стены - от нынешней гостиницы «Метрополь - до здания Городской Думы (в наше время музей Ленина). Для такого непростого дела требовалась мощная поддержка генерал-губернатора, которым в ту пору был Великий князь Сергей Александрович, брат Александра III. Осенью 1891 года Сафонов пишет ему письмо, что « ... консерватории с ее 400 учащимися тесно в нынешнем помещении, кроме того, нужен собственный концертный зал». Здесь он подчеркивает, что место на Театральной площади наиболее подходило бы для нового здания консерватории и что оно «стало бы украшением Москвы, и самое место как нельзя более отвечает назначению этого сооружения». Но высокое начальство не спешит с разрешением, запрашивает специалистов, в том числе и командующего войсками Московского военного округа, т.к. на Театральной тогда проходили смотры войск. С уклончивым мнением командующего (здание следует строить так, чтобы оно «не выходило за линию фасада городской Думы»), что резко ухудшало всю конструкцию, прошение о выделении места на Театральной площади посылается в Думу. Документ этот в Думе передается в «Комиссию о пользах и нуждах общественных». Комиссия в первую очередь высказывает опасение, что задуманное здание подавит своей массой все строение Думы в ущерб архитектурному эффекту столь монументального для города сооружения. Более же всего авторитетная комиссия была озабочена тем, что безвозмездная отдача консерватории столь лакомого участка принесет городу большой убыток.

26 мая 1892 года Дума единогласно постановляет: « ...Ходатайство г-на директора Московской консерватории об уступке 1440 кв. саженей на Театральной площади под сооружение здания консерватории отклонить».

А может, это и к лучшему: построенное здесь здание наверняка разрушило бы устоявшийся ансамбль этого живописного уголка Москвы.

Отказ Думы расстроил Сафонова -решено было строиться на собственном месте, на большой Никитской, ведь этот участок уже при надлежал консерватории и никто не мог помешать выбрать наилучший вариант. На заседании дирекции Московского отделения Российского музыкального общества 27 ноября 1893 года было принято решение: строиться на старом месте, председателем «постройкома» назначить В.И.Сафонова. Вот где пригодились его волевые качества. Старые фундаменты не позволяли возвести крупного, многоместного концертного здания, решили все снести и на этом месте строить заново. От старого здания оставили лишь фасадную стену главного корпуса с полуротондой на уровне двух нижних этажей. Все остальное сломано. Строительство поручили академику архитектуры Василию Петровичу Загорскому, который до этого служил архитектором Дворцового управления в Москве, вел архитектурное наблюдение и руководил постройками всех московских зданий, принадлежавших императорскому двору. При строительстве консерватории архитектор постоянно проявлял исключительную добросовестность. Порученное дело он явно считал главным заданием своей жизни. Эту свою троrательную преданность консерватории Загорский проявлял до конца своих дней. В своем заявлении после завершения строительства, Загорский писал: « Я предлагаю дирекции мои безвозмездные услуги как постоянного архитектора при здании консерватории ... ». Естественно, это предложение было принято с самой глубокой признательностью.

Закладка нового здания состоялась 27 июня 1895 года. Первый камень заложили у императорского подъезда со стороны Среднего Кисловского переулка, можно сказать, с черного хода. После освящения В.И.Сафонов и другие почетные гости положили в основание серебряные рубли чеканки 1895 года и закладную плиту. С этого дня под неусыпным контролем Сафонова строительство громадного здания развернулось стремительным темпом. К осени 1897 года уже было закончено сооружение всех классных комнат, квартир служащих, а также ... винных подвалов. Да, да, винных подвалов, не удивляйгесь. Дело в том, что последний владелец дворца князь Семен Воронцов, обладавший плантациями винограда в Крыму, был крупным виноторговцем. В своем московском доме он оборудовал хранилище для вина, перешедшее затем Удельному ведомству, ведавшему имуществом царской фамилии. Узнав о сносе здания вместе с подвалами, Удельное ведомство потребовало от Сафонова устройства винных подвалов с лавкой и в новом здании консерватории. Дирекция не смогла воспрепятствовать, тем более, что авансом за аренду Удельное ведомство выложило 200 тысяч рублей, что были весьма кстати при постройке. Согласно контракту винная лавка начала распродажу крымских вин с осени 1897 года. Очень важно, что все годы строительства занятия в консерватории не прекращались. На четыре года было арендовано помещение в доме князя Голицына, что на Волхонке. К великой досаде Сафонова, по причине безденежья, вместо трех лет строительство затянулось на пять с лишним. Но, тем не менее, этот невероятной энергии человек сумел преодолеть и эту трудность.

Он сумел уговорить текстильных фабрикатов братьев Морозовых взять на себя оборудование и меблировку зала. Великолепный орган, до сих пор украшающий Большой зал, заказал в Париже предприниматель С.П. фон Дервиз. Миллионер, сахарозаводчик Харитоненко подарил великолепные ковры. Даже архитектор Загорский выложил свои деньги на покупку мраморных ступеней лестниц. В итоге, Российскому музыкальному обществу строительство здания обошлось в  миллион с хвостиком.

Наконец, 7 апреля 1901 года состоялось торжественное открытие Большого зала, означавшее одновременное завершение всех работ по сооружению консерватории. Сафонов в своей речи назвал Большой зал венцом нового здания. Торжественная часть завершилась исполнением специально написанной кантаты-гимна «Воздвигнут храм искусству дорогому». На открытие из Петербурга приехали композиторы Цезарь Кюи и A.C.ApенскиЙ, было много видных представителей общественности и официальных кругов. Не имевшие возможности присутствовать прислали телеграммы:

Римский-Корсаков,Глазунов, Танеев, престарелая сестра М.И. Глинки - Л.И. Шестакова и многие, многие другие. С этого дня началась регулярная концертная деятельность в Большом и Малом залах.

В 1906 году Сафонов, отдав Московской консерватории более 20 лет своей жизни, ушел в отставку с поста директора и был приглашен директором Нью-Йоркской филармонии и главным дирижером ее филармонического оркестра. Умер он в 1918 году на родине, в Кисловодске.

В 1912 году в здании консерватории открылся музей имени Николая Рубинштейна - первый музыкальный музей в России. В 1943 году на базе этого музея создали обширный Музей музыкальной культуры им. М.И.Глинки, не так давно получивший отличное помещение на улице Фадеева. В годы мировой войны концертная деятельность в  Большом зале прекратилась: в его помещениях расположили лазарет для раненых воинов . В трудные годы разрухи в Большом зале консерватории с 1924 по 1933 годы располагался крупнейший в Москве кинотеатр, носивший по праву название «Колосс».

В результате успехов на международных конкурсах 30-х гг. весь мир заговорил о блестящей московской исполнительской школе. В мае 1940 года консерватория широко отметила столетие рождения гения русской музыки - Петра Ильича Чайковского. В дни торжеств Президиум Верховного Совета СССР присвоил консерватории имя П.И. Чайковского, которое с  тех пор стало неразрывной частью его наименования.

Московская консерватория, уже давно превратившаяся в общепризнанный музыкальный центр мирового значения, год от года укрепляет свой авторитет. Этому во многом содействуют проводимые с 1958 года в Большом зале каждые четыре года Международные конкурсы им. Чайковского, способствующие выявлению молодых талантов не только России, но и многих стран мира. В Москве прошел уже 12-й по счету конкурс П.И. Чайковского. И в заключение нельзя не сказать о значении Большого зала консерватории. Зал насчитывает 1800 мест. Громадные полуциркульные окна с обеих сторон позволяют днем почти не прибегать к электричеству. В стенах, над окнами, помещены 14 овальных портретов великих композиторов мира. Они выполнены по заказу Сафонова академиком живописи Н.К.Бодаревским. По углам партера - ложи, из которых левая была особенно пышно отделана, т.к. предназначалась для императора, хотя Николай II так ни разу и не удосужился посетить концерт. В глубине сцены, словно дивная декорация, громадный, один из лучших в мире органов, изготовленный в Париже еще в 1899 г. Главное достоинство Большого зала - великолепная акустика. Загорский добился ее путем сложных расчетов пропорций зала, подбора материалов, создания двойного резонирующего потолка. Крупнейшие музыканты планеты считали честью для себя выступать в Большом зале Московской консерватории.

Московская консерватория, недавно отметившая свое столетие, будет вечно жить и радовать людей, неся великие традиции русской и мировой музыкальной культуры.

Юлиан ТОЛСТОВ

Категория: Статьи Юлиана Толстова | Добавил: Tolstov (04.05.2014)
Просмотров: 411 | Теги: Сафонов, московская консерватория, Рубинштейн, Чайковский | Рейтинг: 5.0/3
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Copyright MyCorp © 2018